Краткий пересказ “История одного города„

Представьте себе город, которого нет на карте, но который очень похож на многие русские города. Называется этот город Глупов. И жили в нем люди, которых звали глуповцами. А случилось так, что один ученый-архивариус нашел старинную летопись, в которой описывалась история этого самого Глупова. Летопись была составлена последним глуповским летописцем, и в ней рассказывалось, откуда взялся город, кто им правил и чем все это кончилось. Ученый взял эту толстую тетрадь, изучил ее и решил поделиться с людьми этой удивительной историей. И получилась у него не просто книжка про какой-то выдуманный город, а очень едкая и смешная, хотя и грустная, история про то, как люди живут, когда начальники у них дураки, а сами они ничего с этим поделать не могут.

Начинается эта история с самых древних времен, когда на месте города Глупова еще никакого города не было, а жили разные дикие народы: вятичи, кривичи, радимичи и прочие. Жили они, как им полагалось, в лесах, зверя промышляли, рыбу ловили, друг друга обижали. Но вот однажды пришли к ним другие люди и сказали: «Кто у вас будет начальником? Надо вам князя найти, чтобы он над вами порядок навел». Долго эти народы спорили, ругались, дрались, но потом решили пойти и поискать себе князя, который бы ими управлял. И нашли они князя, а звали его не то Олег, не то Рюрик, история тут немного путается. Князь согласился ими править, но жить с ними вместе не захотел, потому что дикие они были и неумытые, а прислал вместо себя начальника — новгородца. Тот приехал, посмотрел на будущих глуповцев и сказал: «Ну, погодите, я из вас людей сделаю». И начал он их переименовывать: вятичей назвал глуповцами, радимичей — глуповцами, а всех остальных тоже глуповцами. Так и появился на свете город Глупов, а жители его стали именоваться глуповцами.

Первого начальника, которого прислал князь, звали не то Долгоносик, не то какое-то другое имя, но главное, что он был вор и разбойник. Приехал в Глупов, увидел, что народ тут темный, необразованный, и давай их грабить. Но грабил он как-то не по-хитрому, а прямо в лоб. Заберет у мужика последнюю корову, а мужику скажет: «Это не я у тебя корову взял, это ты мне ее сам отдал, потому что я тебя люблю». Мужики, конечно, понимали, что их грабят, но спорить боялись. Первый начальник долго не продержался — его мужики поймали и сбросили с моста. Но князь прислал другого, потом третьего, и так пошло-поехало. Каждый новый начальник был по-своему хорош, то есть по-своему плох. Одни воровали, другие тиранили, третьи были просто дураками, но все они правили железной рукой и никого не слушали.

Но самое интересное начинается, когда в летописи появляется глава про градоначальников, которые правили Глуповым в более поздние времена. Летописец, который описывал этих правителей, старался писать правду, но с оглядкой, потому что за правду в те времена можно было и пострадать. Тем не менее он оставил потомкам портреты этих замечательных людей, и каждый портрет страшнее и смешнее предыдущего.

Был, например, градоначальник по имени Амадей Мануйлович Клементий. Был он родом из Италии, а в Глупов попал случайно. Любил он больше всего макароны и музыку. Правление его было очень веселое: он целыми днями играл на скрипке, а глуповцев заставлял петь итальянские песни. Кто не умел петь — того в тюрьму сажал. Город при нем, конечно, пришел в полное запустение, зато на главной площади каждый вечер звучала музыка. Глуповцы терпели, потому что привыкли терпеть. Потом Клементий как-то раз ночью полез на крышу, чтобы поймать звезду, сорвался и разбился. Так закончилось его правление.

Был другой градоначальник, Иван Пантелеич Прыщ. Этот был совсем маленького роста, но очень злой. Он приехал в Глупов и сказал: «Я все знаю, я все умею, я вас всех научу жить». И начал он учить. Запретил глуповцам думать, потому что думать вредно для здоровья. Запретил им читать книги, потому что от книг бывает бунт. Запретил им собираться вместе, потому что когда собираются вместе — начинают сплетничать. Приставил к каждому дому соглядатая, чтобы следить, о чем люди говорят. Если кто-то говорил что-то не то, его сразу хватали и сажали в холодную. Глуповцы при нем совсем приуныли, ходили молчаливые, боялись лишний раз чихнуть не в ту сторону. Прыщ правил долго и, наверное, правил бы еще дольше, но однажды его укусила бешеная собака, и он умер в страшных мучениях. Глуповцы вздохнули свободнее, но ненадолго.

Был градоначальник Феофилакт Иринархович Беневоленский. Этот любил законы писать. Каждый день он садился за стол и сочинял новый закон. Закон о том, как правильно печь блины. Закон о том, в какую сторону плевать на улице. Закон о том, сколько раз в день креститься. Законов было так много, что глуповцы запутались и перестали их выполнять. Тогда Беневоленский рассердился и начал наказывать всех подряд. Но и сам он долго не продержался, потому что написал закон против губернатора и был сослан в Сибирь. А глуповцы проводили его со слезами — не потому, что любили, а потому что боялись, что следующий будет еще хуже.

Но были среди градоначальников и совсем уж фантастические личности. Один из них, например, имел вместо головы фаршированную голову. Был он француз, бежал от своих революций, попал в Россию и каким-то чудом стал градоначальником. Голова у него была набита опилками и старыми газетами. Но глуповцы этого не знали и считали его очень умным, потому что он много говорил и всегда улыбался. Правление его было странным: он отдавал приказы, которые никто не мог понять, потому что сам он ничего не понимал. Ходили слухи, что на самом деле его уже нет в живых, а управляет городом какой-то механизм, вставленный ему внутрь. Но глуповцы верили, что начальник есть, и этого им было достаточно. Потом тайна раскрылась, фаршированную голову убрали, а на ее место поставили обыкновенную, человеческую, но это уже не имело значения.

Особенно запомнился глуповцам градоначальник Угрюм-Бурчеев. Этот был не просто тиран, а настоящий монстр, но монстр не злой, а какой-то механический, бесчувственный. Он не любил ни вино, ни женщин, ни деньги, ни славу. Он любил только порядок. Порядок для него значил, чтобы все было ровно, прямо, одинаково, как солдаты в строю. Он посмотрел на Глупов и ужаснулся: какие кривые улицы, какие некрасивые дома, какие необразованные люди! И решил он переделать все заново. Сначала он хотел сровнять город с землей, чтобы построить на его месте идеальный город, где все дома будут одинаковые, все улицы прямые, все жители будут ходить строем и делать одно и то же в одно и то же время. Он объявил глуповцам, что они должны стать идеальными людьми, и начал свои преобразования.

Угрюм-Бурчеев был страшен тем, что он не понимал, что делает зло. Он искренне верил, что приносит людям пользу. Ведь порядок — это хорошо, думал он. Ведь если все делать по правилам, никто не будет страдать. Он не понимал, что люди не могут жить как куклы, что им нужно солнце, свобода, радость. Он запретил глуповцам петь, потому что песни нарушают тишину. Запретил им смеяться, потому что смех мешает работать. Запретил им любить, потому что любовь отвлекает от службы. Глуповцы терпели, терпели, но потом начали бунтовать. Угрюм-Бурчеев подавлял бунты жестоко, но это его не останавливало. Он шел к своей цели — сделать город идеальным. И он почти достиг своей цели. Старый Глупов был разрушен, новый, ровный, правильный Глупов был построен. Глуповцы ходили строем, ели по расписанию, спали по команде. Казалось, что Угрюм-Бурчеев победил.

Но тут случилось нечто странное. Летописец пишет, что однажды, когда Угрюм-Бурчеев объехал свой идеальный город и остался доволен, небо вдруг потемнело, ветер поднялся, и понеслось что-то страшное. Потом, говорят, налетел ураган, какой-то вихрь, и смешал все, что построил Угрюм-Бурчеев. А главное — исчезло само «оно». Что такое «оно» — летописец не объясняет, но все понимают, что исчезла та самая сила, которая держала глуповцев в повиновении. Угрюм-Бурчеев исчез, как будто его и не было. А глуповцы остались одни, в развалинах, без города, без начальника, без ничего. И тут они поняли, что они — это все, что у них есть. И что дальше им жить и выживать самим.

Но на этом история города Глупова не заканчивается. Летописец описывает еще несколько градоначальников, которые были после Угрюм-Бурчеева, но все они были уже не такими яркими. Были и просто дураки, и просто воры, и просто трусы. Но глуповцы к тому времени уже так привыкли к любой власти, что уже и не ждали ничего хорошего. Они смирились с тем, что начальники будут их грабить, унижать, мучить. И главная беда была не в том, что начальники были плохие, а в том, что глуповцы ничего с этим не делали. Они только вздыхали, терпели и иногда, в редкие минуты, устраивали бунты. Но бунты эти были какие-то дурацкие: то они в реку кидались, то друг друга колотили, то кисель ели вместо хлеба. Настоящего, умного бунта, чтобы скинуть плохого начальника и поставить хорошего, у них никогда не получалось. Потому что они не знали, какой начальник хороший, а какой плохой. Им казалось, что все начальники одинаковые, и только потом, когда проходило много лет, они понимали, что одни были чуть лучше, а другие чуть хуже, но все равно плохие.

И вот эта история, рассказанная Салтыковым-Щедриным, на самом деле не про выдуманный город Глупов, а про всю Россию того времени. Писатель взял и придумал эту летопись, чтобы показать, как глупо и страшно живут люди, когда ими правят дураки и тираны, а они терпят и не смеют слова сказать. Каждый градоначальник в этой книге — это не просто смешной или страшный человек, а образ какого-то порока власти. Кто-то глуп, кто-то жесток, кто-то лжив, кто-то безумен. И все они вместе, сменяя друг друга, создают историю города, в котором нормальная жизнь невозможна.

Особенно страшно в этой книге то, что глуповцы, несмотря на все свои страдания, остаются глуповцами. Они не учатся на своих ошибках, они не становятся умнее, они не пытаются изменить свою жизнь. Каждый новый градоначальник для них — это судьба, с которой нельзя спорить. Они верят, что начальник всегда прав, даже когда он велит им прыгать с моста или есть вместо хлеба опилки. Они верят в то, что власть дана свыше и что бунтовать против нее — грех. И эта вера делает их рабами, даже когда у них нет цепей на ногах.

Но Салтыков-Щедрин не просто смеется над глуповцами. Ему их жалко. И читатель, когда читает эту книгу, тоже чувствует и смех, и жалость, и злость, и грусть. Потому что история города Глупова — это не только сатира на царскую Россию, но и предостережение всем, кто привык терпеть, молчать и надеяться на то, что когда-нибудь придет хороший начальник и все исправит. Хороший начальник не придет, если люди сами не научатся думать, сами не научатся отстаивать свои права, сами не перестанут быть глуповцами.

Заканчивается книга тем, что летописец обрывает свое повествование на полуслове. Он пишет, что наступили новые времена, пришли новые люди, и что история города Глупова закончилась, потому что город стал другим. Но читатель понимает, что это не так. Город остался тем же, просто летописцу не разрешили писать дальше. Или он сам испугался писать правду. Или понял, что правду писать бесполезно, потому что глуповцы все равно не поймут. И каждый, кто читает эту книгу, должен сам решить, кто он — глуповец, который терпит и молчит, или человек, который может посмотреть правде в глаза и попытаться изменить свою жизнь.

Салтыков-Щедрин написал «Историю одного города» не для того, чтобы развлечь читателя смешными историями про дураков-градоначальников. Он написал ее, чтобы каждый, кто прочтет, задумался: а не в моем ли городе такой же градоначальник? А не такие ли мы же терпеливые глуповцы? А не пора ли нам перестать быть игрушками в руках тех, кто считает себя умнее и лучше нас? И хотя книга эта была написана очень давно, в ней до сих пор узнаются многие черты нашей жизни. Потому что, к сожалению, глуповцы никуда не делись, и градоначальники их тоже никуда не делись. Может быть, они выглядят по-другому, одеваются в другие одежды, говорят другими словами, но суть их та же. И пока люди не научатся быть не глуповцами, а гражданами, история одного города будет повторяться снова и снова в разных городах, в разных странах, в разные времена. И эта печальная мысль остается с читателем после того, как он закрывает книгу, и заставляет его смотреть на мир вокруг себя чуть более внимательным и критическим взглядом.