Краткий пересказ “Медведь на воеводстве„

Сказка «Медведь на воеводстве» была написана Михаилом Евграфовичем Салтыковым-Щедриным в 1885 году. Это злая и умная сатира на русских чиновников и начальников, которые управляют страной. Главные герои — медведи. Но это не простые медведи, а медведи-воеводы, то есть губернаторы или другие большие начальники. Салтыков-Щедрин берет трех разных медведей и показывает, как каждый из них правит лесом. Лес — это Россия. Звери — это народ. А медведи — это власть. Автор через простую историю про зверей объясняет очень сложные вещи про то, как не надо управлять людьми.

Сказка начинается с того, что в лесу живет много разных зверей. Есть зайцы, есть лисы, есть волки, есть птицы. Все они живут своей обычной жизнью: кто-то строит норы, кто-то растит детей, кто-то запасает еду на зиму. Лес большой, места всем хватает. Но однажды начальство решает поставить над лесом начальника — воеводу. Выбирают для этой должности медведя. Почему медведя? Потому что он большой, сильный, страшный. Все звери его боятся. А начальству как раз и нужно, чтобы боялись.

Первого медведя-воеводы зовут Топтыгин. Он старый, толстый, ленивый. Топтыгин не любит работать, не любит думать, не любит вникать в дела. Ему нравится только одно — спать и есть. Но должность обязывает что-то делать. И Топтыгин начинает управлять лесом. Как он это делает? Очень просто. Он издает приказы. Много приказов. В этих приказах он пишет: «нельзя шуметь», «нельзя громко петь», «нельзя собираться большими группами», «нельзя рыть норы слишком глубоко», «нельзя строить дома слишком близко друг к другу». Приказы написаны сложными словами, никто их толком не понимает. Но выполнять надо.

Звери читают приказы и не знают, что делать. Зайцы всегда шумят, когда бегают. Птицы всегда громко поют по утрам. Волки собираются стаями — так им легче охотиться. Лисы роют глубокие норы, потому что иначе холодно. Получается, что все звери нарушают приказы, даже не желая этого. Топтыгин злится. Он выходит из своей берлоги и начинает наказывать. Он хватает первого попавшегося зайца и говорит: «Ты шумел? Я тебя накажу!» Заяц плачет и говорит: «Я не шумел, я просто бежал». Но Топтыгину все равно. Он наказывает зайца. Потом ловит птицу. Птица говорит: «Я пела, потому что весна. Я не могу не петь». Топтыгин наказывает птицу. Так он наказывает всех подряд. Лес затихает. Никто не поет, не шумит, не бегает. Но жизнь в лесу останавливается. Птицы не поют — значит, не радуются. Зайцы не бегают — значит, не ищут еду. Волки не собираются стаями — значит, не могут охотиться и голодают.

Салтыков-Щедрин описывает, что происходит с лесом через месяц такого управления. Лес стал мертвым. Ни звука, ни движения. Только Топтыгин ходит по лесу и проверяет, все ли тихо. Ему нравится эта тишина. Он думает: «Какой я хороший начальник! Какой порядок я навел!» Он не видит, что звери голодают и умирают. Он не понимает, что тишина — это не порядок, а смерть. Он просто выполняет приказы своего начальства: чтобы было тихо и спокойно. А что будет с лесом — его не волнует. Лишь бы его не ругали сверху.

Но вот приходит время отчета. Топтыгин должен доложить вышестоящему начальству, как он управлял лесом. Он пишет отчет. В отчете он пишет: «Я навел порядок. В лесу стало тихо. Никто не шумит, никто не поет, никто не собирается стаями. Все приказы выполняются. Нарушители наказаны». Вышестоящее начальство читает отчет и довольно. «Хороший воевода, — думает начальство. — Дисциплину навел. Молодец». Начальство не знает и не хочет знать, что звери голодают. Начальству важно только одно: чтобы доклады были красивые, чтобы цифры сходились, чтобы жалоб не было. А жалоб нет, потому что звери боятся жаловаться.

Но проходит время, и в лесу начинаются проблемы. Звери не могут больше молчать. Они умирают от голода, но приказы запрещают им добывать еду. Зайцы не могут бегать по полям — шумно. Птицы не могут клевать зерна — громко. Волки не могут охотиться стаями — запрещено. Тогда звери начинают тихо роптать. Они собираются по ночам и шепотом обсуждают Топтыгина. «Плохой воевода, — шепчут они. — Он нас всех погубит». Слухи доходят до Топтыгина. Он злится. «Как смеют роптать? — рычит он. — Я им покажу!» Он начинает еще сильнее наказывать. Но это не помогает. Зверей становится все меньше, а те, что остались, все равно недовольны. Топтыгин не знает, что делать. Он привык только наказывать, а по-другому не умеет.

В конце концов вышестоящее начальство узнает, что в лесу плохие дела. Звери умирают, порядка нет, а воевода только и умеет, что наказывать. Начальство вызывает Топтыгина и говорит: «Ты плохо работал. Мы тебя увольняем». Топтыгин уходит. На его место назначают нового медведя. И сказка переходит ко второму воеводе.

Второго медведя зовут тоже Топтыгин, но он не такой, как первый. Этот Топтыгин — молодой, энергичный, умный. Он читал книги, он знает, как управлять лесом по науке. Он не хочет просто наказывать. Он хочет сделать лес лучше. Он хочет, чтобы звери жили богато и счастливо. Но он не знает, как это сделать, потому что он медведь, а не заяц и не птица. Он не понимает, что нужно зверям на самом деле.

Второй Топтыгин начинает с того, что изучает лес. Он ходит по всем тропинкам, заглядывает во все норы, считает всех зверей. Он составляет списки, таблицы, карты. Он пишет планы. В этих планах он записывает: «Чтобы звери жили хорошо, надо построить новые норы, посадить новые деревья, вырыть новые пруды». Топтыгин берется за дело. Он заставляет всех зверей строить норы. Но звери не хотят строить норы. У них свои дела: зайцам надо бегать, птицам надо петь, волкам надо охотиться. Но Топтыгин не слушает. Он говорит: «Я знаю лучше. Я ученый. Я читал книги. Делайте, что я говорю». И звери делают. Они бросают свои дела и начинают строить норы. Но строить норы для кого? Для себя? Нет. Топтыгин строит норы по своему плану, а звери в этих норах жить не могут. Им тесно, холодно, неудобно. Они жалуются. Топтыгин не слушает. Он говорит: «Это потому, что вы глупые. Вы не понимаете моего великого замысла. Подождите, все будет хорошо».

Потом Топтыгин заставляет зверей сажать деревья. Он привозит семена из дальних лесов, сажает не те деревья, которые нужны, а те, которые красивые. Деревья не приживаются, потому что климат не тот. Но Топтыгин не сдается. Он заставляет зверей поливать, удобрять, ухаживать. Звери работают день и ночь, а толку нет. Деревья засыхают. Топтыгин злится. «Вы плохо работаете! — кричит он. — Я заставлю вас работать лучше!» Он вводит новые правила, новые наказания. Звери работают еще больше, но результат тот же.

Салтыков-Щедрин показывает, что второй Топтыгин ничем не лучше первого. Первый просто наказывал и ничего не делал. Второй делает много, но все делает неправильно. Он не спрашивает зверей, что им нужно. Он не наблюдает за лесом. Он действует по книжкам, по теориям, по красивым планам. А реальная жизнь не подчиняется книжкам. Реальная жизнь сложнее. Второй Топтыгин этого не понимает. Он думает, что если он умный и ученый, то все получится. Но не получается.

Проходит год, другой. Лес разорен. Звери измучены работой, но живут хуже, чем раньше. Норы, которые построил Топтыгин, пустуют. Деревья, которые он посадил, засохли. Пруды, которые он вырыл, заболотились. А звери голодают, потому что у них не было времени добывать еду — они все время строили, сажали, копали. Топтыгин смотрит на результаты своей работы и не понимает, почему все плохо. Он же старался! Он же хотел как лучше! Он же умный, ученый, энергичный! Как же так вышло?

Вышестоящее начальство опять недовольно. Они вызывают второго Топтыгина и говорят: «Ты потратил много сил, много денег, а результат плохой. Звери недовольны. Лес разорен. Уходи». Второй Топтыгин уходит обиженным. Он считает, что его не поняли. Он считает, что звери сами виноваты — они не хотели работать как надо. Но правда в том, что он не умел управлять. Он умел только придумывать красивые планы, но не умел их выполнять. И не умел слушать тех, для кого эти планы делались.

Наступает очередь третьего медведя. Этого медведя зовут Лыков. Он совсем не похож на первых двух. Первый был ленивый и глупый. Второй был умный, но оторванный от жизни. Третий — жестокий. Лыков считает, что лес нужно не улучшать и не наказывать, а уничтожать. Он считает, что все звери — враги. Что они только и думают, как обмануть начальство. Что их надо держать в страхе, а лучше — вообще избавиться от них.

Лыков начинает свое правление с того, что объявляет охоту на зверей. Он говорит: «В лесу слишком много зайцев. Они едят кору деревьев. Надо их уменьшить». Но на самом деле зайцев не слишком много. Просто Лыкову нравится убивать. Он выходит на охоту со своими помощниками-волками и начинает стрелять. Он стреляет в зайцев, в птиц, в лис. Он стреляет даже в тех, кто не мешает. Ему все равно. Он получает удовольствие от крови. Скоро в лесу становится пусто. Зайцы попрятались, птицы улетели, лисы зарылись в норы. Лес молчит. Но не той тишиной, которая была при первом Топтыгине — тишиной от страха перед наказанием. Это тишина от того, что почти никого не осталось.

Лыков не останавливается. Он приказывает рубить деревья. Он говорит: «Лес слишком густой. В нем трудно управлять. Надо сделать его прозрачным». И лес рубят. Деревья падают одно за другим. Звери теряют свои дома. Те, кто выжил после охоты, теперь умирают от холода и голода, потому что негде укрыться и нечем питаться. Лыков смотрит на это и довольно улыбается. Он думает: «Теперь порядок. Никто не спрячется. Все на виду. Легко управлять».

Но в пустом лесу нечего управлять. Нет зверей — нет проблем. Нет проблем — не нужен воевода. Лыков этого не понимает. Он продолжает уничтожать. Он приказывает засыпать реки и ручьи. «Они мешают передвижению, — говорит он. — Надо сделать все ровно». Реки засыпают. Звери остаются без воды. Оставшиеся в живых уходят из леса куда глаза глядят. Лес становится мертвой пустыней. Ни деревьев, ни зверей, ни птиц, ни воды. Только ветер гуляет по голой земле.

Салтыков-Щедрин описывает финал правления Лыкова. Вышестоящее начальство приезжает в лес и видит пустыню. «Где лес? — спрашивает начальство. — Где звери? Где вода?» Лыков гордо отвечает: «Я навел порядок. Теперь все на виду. Никто не спрячется. Управлять легко». Начальство в ужасе. Им нужен был лес с зверями, которые приносят доход. А получилась пустыня, которая не приносит ничего. Они увольняют Лыкова. Но лес уже не восстановить. Деревья не вырастут заново за один год. Звери не вернутся, потому что негде жить. Реки не потекут снова, потому что русла засыпаны. Лыков уничтожил все, что мог. И ушел. А лес остался мертвым.

Сказка «Медведь на воеводстве» — это очень грустная история. Три медведя, три способа управления, и все три привели к разорению. Первый медведь замучил зверей наказаниями, но хоть лес остался. Второй медведь замучил зверей работой и разорил лес своими глупыми проектами. Третий медведь просто уничтожил все подчистую. Автор показывает, что не бывает хороших начальников, если они не знают жизни тех, кем управляют. Медведи не знают жизни зайцев, птиц, волков. Они думают, что если они большие и сильные, то все понимают. Но это не так. Чтобы управлять лесом, надо быть не медведем, а тем, кто живет в этом лесу. Или хотя бы слушать тех, кто в нем живет.

Салтыков-Щедрин использует медведей не случайно. Медведь в русских сказках — это символ силы, но часто и глупости. Медведь сильный, но неуклюжий. Он может сломать, раздавить, разрушить. Но построить или создать он не умеет. Так и русские чиновники, которых автор высмеивает. Они могут запретить, наказать, уничтожить. Но сделать жизнь лучше они не могут, потому что не знают, как. Они живут в своем мире, в своих кабинетах, в своих бумагах. А реальный народ — это для них что-то далекое и непонятное. Они не хотят его понимать. Им проще издать приказ, чем разобраться в проблеме.

В сказке есть еще один важный персонаж — это «звериное царство» в целом. Звери показаны безликой массой. Они не имеют имен, не имеют голоса. Они только терпят, боятся, умирают. Иногда они ропщут, но их ропот никто не слышит. Они не могут собраться вместе и сказать: «Мы не хотим так жить». Они не могут выбрать другого воеводу. Они не могут уйти в другой лес, потому что везде такие же воеводы. Их судьба — страдать и надеяться, что когда-нибудь придет хороший начальник. Но хороший начальник не приходит. Приходят только медведи. Потому что система готовит только медведей. Если ты умный и добрый, ты не пойдешь в начальники. В начальники идут те, кто любит власть, а не тех, кто любит людей.

Особенно страшно в сказке то, что медведи не считают себя злыми. Они искренне верят, что делают правильное дело. Первый Топтыгин верит, что порядок — это тишина. Второй Топтыгин верит, что его планы спасут лес. Лыков верит, что уничтожение — это единственный способ навести порядок. Каждый из них уверен в своей правоте. Каждый из них не сомневается, что он хороший начальник. И это самое страшное. Потому что злого начальника можно распознать и прогнать. А доброго начальника, который по глупости губит всех, — распознать трудно. Он же хотел как лучше! Он же старался! Но от его стараний зверям не легче.

Салтыков-Щедрин не дает рецепта, как надо управлять. Он только показывает, как не надо. Не надо наказывать за то, что естественно для жизни. Не надо строить планы, не зная реальной жизни. Не надо уничтожать то, что не понимаешь. Надо слушать, смотреть, учиться. Надо быть не медведем, а человеком. Но в том-то и проблема, что на должность воеводы назначают именно медведей. Потому что человек на этой должности долго не продержится — его съедят другие медведи. Система сама отбирает тех, кто умеет наказывать, а не тех, кто умеет помогать. И пока система не изменится, в лесе всегда будут медведи-воеводы. Будут мучить, грабить, уничтожать. И звери будут терпеть, потому что не могут убежать.

В конце сказки автор задает читателю вопрос: а что делать? Но не дает ответа. Потому что ответа нет. Или он есть, но для этого надо менять всю жизнь, а не только начальников. Менять так, чтобы не медведи назначали, а звери выбирали. Чтобы начальник боялся зверей, а не звери начальника. Чтобы начальник работал для зверей, а не звери для начальника. Но это уже совсем другая сказка. Сказка, которую еще никто не написал. Может быть, ее напишут те, кто прочитает «Медведя на воеводстве» и захочет, чтобы в его лесу никогда не было таких воевод. Чтобы лес шумел, пел, бегал, жил. Чтобы звери не боялись, а радовались. Чтобы начальники не наказывали, а помогали. Но это случится не скоро. Очень не скоро. А пока — опять приходит новый медведь. И все начинается сначала.